О нашем земляке Никифоре Ивановиче СЛЕПОВЕ (на снимке) районная газета «Народная трибуна» рассказывала в 2003 году. О ветеране Великой Отечественной войны писал тогда корреспондент Игорь Ребров, встретившись с отважным защитником Родины, опираясь на его личные воспоминания о тех страшных сражениях, о смертельных схватках с фашистами за свободу народа нашей многонациональной страны.
О героическом дедушке, прадедушке в разное время писали и внучка, правнучки Никифора Ивановича. Их желание поведать о родном человеке мы объединили в одну статью под рубрикой «Никто не забыт, ничто не забыто». Их рассказы основывались на воспоминаниях родного человека, участника Великой Отечественной войны о боевом пути, о борьбе с немецко-фашистскими оккупантами. А начали все трое одинаково:
–Я хочу рассказать о нашем родном дедушке, прадедушке Никифоре Ивановиче Слепове – участнике битвы за Сталинград, жестоких сражений на Курской дуге, освобождения от фашистов Прибалтики, боёв в Восточной Пруссии… В основу повествования положены его воспоминания о фронтовых дорогах в годы Великой Отечественной войны». И далее…
До войны наш дедушка, прадедушка жил в Петровском районе, работал в совхозе: летом – в поле, помогал растить и собирать урожай сельхозкультур, а зимой – возил на быках дрова из леса для отопления школы.
19 лет было Никифору Слепову, когда он получил повестку из райвоенкомата. Это было в марте 1942 года. Часть формировалась в Саратове. Новобранцы 12 дней находились в здании цирка, потом их направили на станцию, и начальник эшелона объявил, что поездом их отправят на Дальний Восток для замены кадровых военных.
В Омске объявили всем выйти из вагонов для построения. Военачальники города приказали: «У кого есть образование от семи до десяти классов – десять шагов вперёд!». Примерно, третья часть новобранцев вышла из строя, в том числе и наш дедушка, прадедушка. Начальник эшелона передал их омским военным, а остальные продолжили путь на Дальний Восток. Тех, кто остался, направили в воинскую часть, где им объявили, что будут проходить шестимесячные курсы младших командиров.
Но вместо полугодовой учёбы получилась только двухмесячная подготовка новобранцев к боевым действиям. Изучили лишь трёхлинейную винтовку. Рано утром вывели на полигон, на стрельбище, и в тот же день вечером эшелоном отправили на фронт.
–Не доезжая километров 30 до боевых действий, – рассказывал дед, – мы получили приказ выйти из вагонов. Шли двое суток при полном снаряжении. Слились с дивизией Юго-Западного фронта, прикрывавшей отход наших войск к Волге. Солдаты Донского фронта продвигались в сторону Сталинграда, в том числе и наш 292-й стрелковый полк. Немцы тоже рвались туда изо всех сил. Бои были страшные, не прекращались ни на час, но наши солдаты держались, несмотря на то, что фронтовая кухня не успевала покормить бойцов, настолько был плотным обстрел. Боеприпасы тоже не успевали поставлять под таким шквальным огнём. У нас были винтовки, а у фашистов – автоматы. Есть разница? При одном удобном случае я прихватил автомат у убитого немца. Дальше воевал с ним. Обойму его постоянно пополнял, отбирая автоматы у убитых фрицев. Так же поступали и мои сослуживцы. Смекалка помогла.
–Первым на пути попалось село Дубное, – вспоминал дедушка. – Как сказали нам командиры, оно находилось километрах в тридцати от Сталинграда. Преодолев это расстояние под бомбёжками и обстрелами вражеской артиллерии, мы вошли в него со стороны тракторного завода. Хотя то была окраина города, мы уже поняли, во что его превратили фашисты. Он, в буквальном смысле слова был разрушен до основания: кругом – горы кирпича, груды камней, кучи земли, стоны людей… Всё это наводило ужас на нас, новобранцев.
–С боями, под вражеским обстрелом мы вошли в Сталинград. То был настоящий ад на земле!.. Полгода длилась битва за город, отступать было нельзя и некуда: позади была Волга… Бились за каждый дом, за каждую квартиру. Никто не уступал. Много там крови пролилось… Один раз получилось так, что, обороняясь в доме, мы оказались на втором этаже, а немцы – на первом. Три дня мы дрались и всё же одолели фрицев. После той схватки с врагами я понял, как хрупка жизнь человека, и надо ценить каждый её день. Мне повезло, я остался жив, а вот мои товарищи полегли смертью храбрых…
2 февраля 1943 года бойцам сообщили, что немцы были окружены и сдались в плен. Никифору Слепову пришлось сопровождать пленённых немцев до станции Паньшино. Остатки фашистов погнали на запад.
После войны, спустя много лет, Н.И. Слепов был в Волгограде, увидел тракторный завод, отстроенный заново, ходил по Мамаеву Кургану и снова пережил в воспоминаниях те страшные дни. Всё изменилось. Защитник Сталинграда для себя отметил: хорошо, что послевоенное поколение не познало того, что ему довелось. Он сражался за мир, чтобы жизнь продолжалась…
После Сталинградской битвы оставшихся в живых бойцов направили на станцию Никифоровка Тамбовской области, где сформировали воинскую часть и направили на Орлово-Курское направление. Как говорится, «из огня да в полымя». Н.И. Слепов
участвовал в Курской битве. В одном из боёв он чуть было не простился с жизнью…
Под Белгородом 24 июня 1943 года немцы пошли в наступление с применением множества танков. Сослуживец Слепова пытался подорвать фашистский танк, но был убит, и приказ задержать «железного зверя» получил наш дед.
Взяв две противотанковые гранаты и две лёгкие, он пополз навстречу движущейся цели. Ни о каком геройстве он, конечно, не думал, а исполнял приказ командира и выполнял свой долг. Одну гранату отважный боец бросил в гусеницу танка, но смертоносная машина продолжала двигаться. Тогда Слепов решил, пропустить её, чтобы сзади ударить другой гранатой в топливный бак. Так и получилось: танк загорелся. Отползая назад, боец Слепов подорвался на мине, потерял сознание.
Осколки изрешетили обе ноги, один попал в глаз. Командир роты приказал подобрать раненого солдата. Его доставили в санчасть, где оказали первую помощь, потом отправили в медсанбат, а оттуда – в госпиталь.
За подрыв вражеского танка командир роты ходатайствовал о награждении деда за мужество и храбрость медалью «За отвагу».
Четыре с половиной месяца залечивал раны Н.И. Слепов. После выздоровления он снова продолжил боевой путь в артиллерийских войсках, освобождая прибалтийские республики. Шустрого бойца определили подносить снаряды к 152-миллиметровому орудию.
Дедушка рассказал нам ещё об одном эпизоде войны. Дело было в Восточной Пруссии, под Кёнигсбергом. Приказали ему доставить пакет командиру дивизиона. Был вечер, уже темнело. Вдруг боец Слепов заметил, как кто-то спрятался в воронке, а перед этим солдат предупреждали, чтобы были бдительными. Человек был одет в форму красноармейца, но вёл себя подозрительно. Дедушка хотел подойти к нему, но тот скрылся в подвале дома. Прадедушка пошёл за ним, но не нашёл. Тогда он притаился в укромном месте и стал выжидать незнакомца. Заметил, как тот зашевелился в углу, направил на него автомат и на немецком языке приказал: «Hande hoch!», что означало «руки вверх!».
Тот человек оказался немецким шпионом, одетым в форму красноармейца, под которой была немецкая. До штаба было около пяти километров, и всё это расстояние боец Слепов вёл его под прицелом, зная, что немецкие разведчики натренированы, физически крепкие. Дедушка рассказывал нам, что всё время был настороже, внимательно следил за каждым движением фрица. Думал тогда, если тот захочет остановиться или дёрнуться, то сразу выстрелит ему в ноги.
И не зря он так думал. Довёл до штаба, где шпиона обыскали и обнаружили, что немец прятал в сапоге кортик-финку. Как потом выяснилось, наш дедушка и прадедушка поймал «ценного» шпиона с важными документами. При нём также были две карты, на русском и немецком языках, два пистолета, несколько коробок патронов к ним, бинокль, рация и немного продуктов. Его отправили в Москву на допрос, а кортик отдали храброму бойцу Слепову, которого за тот подвиг представили к награде орденом Красной Звезды.
Война для Н.И. Слепова закончилась в Кёнигсберге. Последний бой с фашистами был на песчаной косе у Балтийского моря, там остатки немецких войск сдались части, в которой служил наш дедушка.
–Пришёл командир роты и объявил, что мы победили – конец войне, – с волнением в голосе сказал дед. – Радости-то было! Солдаты стреляли вверх из всякого оружия, некоторые плакали от счастья: живы остались…
В связи с ранением, контузией Н.И. Слепова комиссовали, и он демобилизовался раньше, чем его однополчане, в ноябре 1945-го. Вернулся домой, 1 мая 1947 года, женился на нашей бабушке и прабабушке Евгении Михайловне, с которой был знаком ещё до войны. Девушка Женя всю войну работала в совхозе на тракторе.
Супруги Слеповы вырастили и воспитали двух дочерей, жили на тихой и уютной улице Революционной города Калининска, в доме, который построили сами.
Никифор Иванович всегда добросовестно трудился, его знали земляки как доброго и порядочного человека. Жизнь его была трудной, но он прожил её достойно. Нередко снились ему сны, напоминавшие о тех страшных днях войны. Из-за контузии он стал плохо видеть и слышать. Его глазами и ушами до глубокой старости была верная жена Евгения Михайловна.
Никифор Иванович Слепов умер в 2009 году. Мы помним о нашем любимом дедушке и прадедушке, бережно храним его ордена Красной Звезды и Отечественной
войны I степени, множество медалей, среди которых – «За отвагу», и его рассказы о войне – самой жестокой и кровопролитной в истории человечества, в которой победили Н.И. Слепов и такие же, как он, отважные, мужественные защитники Родины. Вечная им память!
Внучка СВЕТЛАНА, правнучки АЛЁНА и ЮЛИЯ.
Фото из семейного альбома.
