Среда, 4 августа, 2021    
Главная > Даты > 11 апреля – Международный день освобождения узников фашистских концлагерей

11 апреля – Международный день освобождения узников фашистских концлагерей

Судьба не ожесточила отца

«Ведь память – это наша совесть, она как сила нам нужна!». Эти строки из стихотворения подчёркивают важность трагической даты в мировой истории. С момента окончания второй мировой войны прошло уже много лет, но мы не имеем права забывать о людях, которые прошли сквозь ужасы фашистских концентрационных лагерей. Их биографии – настоящие уроки мужества для подрастающего поколения. Сохранить память о них – священный долг каждого. Только сохраняя память о тех страшных событиях и отдавая дань уважения погибшим и выжившим в том аду людям, можно надеяться на то, что подобное больше никогда не повторится в человеческой истории.
За годы второй мировой войны через лагеря смерти прошли 20 миллионов человек, из них более пяти миллионов – граждане Советского Союза. В их числе – и очень дорогой для меня человек, мой папа Нефёдов Николай Емельянович. Горькая доля досталась ему, раскрывать которую он особо не хотел, но я всё же старалась узнать о ней больше, часто обращалась к нему с просьбой рассказать о своей непростой жизни.

Родился он 26 ноября 1919 года в деревне Радушинка Баландинского района Саратовской области в крестьянской семье. У его родителей было четверо детей: два сыночка и две дочки. Мой папа был предпоследним ребёнком. Лет десять ему было, когда одновременно умерли отец и мать. Дети остались вчетвером одни, родственников в деревне не было.
–Куда делись старшие Сергей и Маня, младшенькая Лида – я не помню, – сказал папа, вспоминая о детстве. – Наверное, их увезли в детский дом. А меня оставил у себя деревенский кузнец дед Фёдор. Я почти весь день был у него в кузнице, смотрел, как он выковывал разные нужные для сельского хозяйства изделия, раздувал горн, охлаждал раскалённый до красна металл. Мне всё было интересно и хотелось попробовать самому. Под пристальным присмотром деда я пробовал свои силы. А он про меня говорил сельчанам: «У Кольки – глаз хороший и рука твёрдая. Из него хороший кузнец выйдет». Мне приятно было слышать такое мнение авторитетного человека, опытного мастера. И я старался всё делать, как дед Фёдор, пример и учитель были всё время рядом.
Так паренёк и жил у него, пока не приехал из Астрахани дядя Герасим. До него дошли слухи о том, что родители четверых детей умерли, троих детей забрали, а Колька живёт в деревне. За ним он и приехал. Дед Фёдор не отдавал, оставлял у себя, но дядя настаивал на своём и увёз его в Астрахань. Там Николай Нефёдов окончил семилетку и устроился работать на рыбо-
завод кузнецом. Дело ему это нравилось, умение своё он совершенствовал, и у него уже неплохо получалось. Трудился, пока не пришло время идти в армию. В ноябре 1939 года он был призван в Красную Армию Сталинским районным военным комиссариатом города Астрахани. Служил в 31-м кавалерийском полку в украинском городе Славута. Рядовой Нефёдов на службе подковывал полковых лошадей.
…На рассвете 22 июня 1941 года гитлеровская Германия напала на Советский Союз: началась Великая Отечественная война. На второй же день, 23 июня, кавалерийский полк, в котором служил Николай Нефёдов, в составе 13-й кавалерийской дивизии 5-го корпуса участвовал в оборонительных боях с немецкими войсками. Эти сведения мы получили в Государственном архиве новейшей истории Саратовской области. Отец рассказывал о тех боях так:
–Танки шли, а мы на лошадях с саблями – им навстречу. Ну, разве это равносильно? Немцы нас вместе с лошадями просто раздавили… По многим, очень по многим людям тогда прошлись фашистские гусеницы. Тех, кто был безнадёжен, немцы потом добили из автоматов, а более менее крепких солдат забрали в плен, отправили в концлагеря…
Такая участь постигла и моего отца. Он прошёл шесть концентрационных лагерей! В полученной на фирменном бланке справке из Государственного архива за подписью директора А.А. Герасимова и заместителя начальника отдела Е.В. Цвитайло сообщается:
«10 июля 1941 года Нефёдов Николай Емельянович оказался во вражеском окружении, и в районе города Бердичев (Украинской ССР) был взят в плен немецкими войсками.
Был вывезен на оккупированную территорию Польши. Содержался с июля 1941 года по февраль 1943 года в лагере военнопленных №319 в городе Холм, с февраля по июнь 1943 года – в лагере военнопленных Ченстохов (оккупированная территория Польши), где принудительно использовался в качестве разнорабочего.
17 августа 1943 года доставлен в лагерь военнопленных №VIII А, Герлиц (Германия, VIII-й военный округ, Бреслау (в настоящее время город Вроцлав, Польша).
11 октября 1943 года переведён в лагерь №VIII В, Ламсдорф (тот же военный округ).
Личный номер военнопленного – VIIIА/40115.
Последняя запись в трофейной немецкой карточке сделана 21 января 1944 года. В трофейной немецкой карточке в графе «профессия» записано: «Кузнец, слесарь, сапожник», данные о близких родственниках отсутствуют.
В январе 1944 года переведён на угольную шахту в населённом пункте Радульта (так в документе), где принудительно работал в шахте по май 1945 года.
Освобождён из плена в мае 1945 года.
Фильтрационную проверку проходил в июле 1945 года в Кишинёвском проверочно-фильтрационном пункте НКВД СССР.
После фильтрационной проверки выбыл в Баландинский район Саратовской области.
Сведений о действиях Нефёдова Николая Емельяновича, которые можно квалифицировать как преступление против Родины во время его пребывания в плену, в фильтрационных материалах не имеется».
Не особо много рассказывал папа о тех ужасах концлагерей, щадил нас, не допускал наших переживаний, но всегда убеждал нас в том, что предателей, как думают некоторые, среди военнопленных не было. Ослабевшим узникам собратья отдавали свои пайки, чтобы спасти их от смерти. Тех, кто держался на ногах, гнали на работу. Кормили узников какой-нибудь баландой непонятно из чего приготовленной, давали кусок подобия хлеба на весь день. Работать приходилось по 12-14 часов в сутки. Такая рабочая сила необходима была немцам.
Взрослые, мы понимаем, что труд в концлагере – это средство физического уничтожения пленных. Большинство узников умирало от истощения. Люди старались поддержать дух друг друга. У них было одно желание: вырваться из того ада. Но это было невозможно. Работая в шахтах, они по несколько месяцев не вдыхали свежего воздуха. Всё время были в шахтах, откуда – не сбежишь. Каждый мечтал о свободе, о возвращении на Родину, вспоминал своих родных и близких. Рассказывал папа, как после работы они пели русские песни, тем самым, хоть немного, согревали душу. Были случаи завалов, но Бог уберёг моего отца от гибели. Он выжил.
Доходили до узников в 1945 году слухи о близкой победе советских войск, и, слава Богу, в мае они выпустили из шахт военнопленных, в том числе и моего отца. Он тоже прошёл фильтрационную проверку. Комиссия подтвердила его невиновность в пленении.
–Дали нам сухой паёк, выписали билет до места назначения и отпустили, – глубоко вздохнув, произнёс отец. – Решил я поехать в Баланду, в родные края. Подумал: вдруг за эти годы с дядей Герасимом что-нибудь случилось. Взял билет на поезд до станции Баланда. Добрался до Радушинки, немного там поработал, засватал девушку Софью из посёлка Крутец, и поехали мы с ней во вновь образованный посёлок КИМ. Название расшифровывалось как Коммунистический Интернационал Молодёжи. Там я продолжил любимую работу кузнеца.
Так до конца дней своих папа и прожил на КИМе, занимался своим интересным делом. Добросовестно трудился в совхозе, был хорошим хозяином своего подворья, ответственным, отзывчивым, справедливым и весёлым человеком. Для меня он навсегда остался примером порядочнос-ти, необыкновенной доброты, оптимизма. Не сломила его жес-токая судьба. Несмотря на то, что прошёл муки ада концлагерей, он по жизни шёл с хорошим настроением, с шутками. Был грамотным человеком, и летом его назначали заведующим током, а зимой работал в кузнице.
Он спал, сжимаясь в комок в упоре на локтях и коленях. Объясняя это, говорил, что привык так спать в шахтах, так как места там было мало, и теплее так было под землёй. Мне, когда видела его в такой позе, становилось больно в душе от представления тех ужасов, которые моему родному человеку пришлось пережить.
Папа был очень добрым человеком, старался никого не обидеть, всегда дружил с соседями, односельчанами, всех помнил, всем помогал, любил маму и нас, троих детей: Володю, Юру и меня. У меня о нём – самые тёплые воспоминания. Мама трудилась на ферме и уходила на работу рано, а он отправлял нас в школу. Больше хлопот было со мной. Бывало, осторожно расчешет мои волосы, заботливо и бережно заплетёт косы, сделает из них «корзиночку» и завяжет красиво бантики. Ленты на ночь всегда наматывал скруткой, валиком, чтобы утром были «глаженые». Когда была маленькой, он мне рассказывал разные интересные истории, сам сочинял сказки.
После войны, в 50-е годы старший папин брат, дядя Серёжа, разыскал младших брата и сестёр. Сам он попал в город Ломоносов, воевал на фронте с фашистами, потерял ногу. После войны так и жил в Ломоносове. Младшенькую
сестру Лиду нашёл аж во Владивостоке, а Марию – в Лысых Горах, в соседнем районе. Я помню, как дядя Серёжа приезжал к нам. Они долго вечерами разговаривали о жизни, пели песни.
Папа был музыкальным человеком, умело, я бы сказала, виртуозно играл на балалайке, на гармони, в том числе и на саратовской. А ещё он красиво плясал, не всякий мужчина умеет так плясать. Его любимая певица была Лидия Русланова. Как заиграет, бывало, «Валенки» – заслушаешься! В его руках гармонь «разговаривала» на разные голоса, выдавая красивые мелодии весёлых песен и грустных, патриотических и задушевных. Благодаря папе мы, все трое его детей, имеем музыкальный дар: Юра хорошо играет на гармони, Володя – на гармони и аккордеоне, я – на баяне. Есть у
меня и собственные стихи. Из четверых его внуков трое – музыкальные, хорошо поют: Александр и Юрий Нефёдовы, Александр Вестов – мой сын.
Не стало папы в 1973 году… Конечно, он прожил короткую жизнь, немногим более пятидесяти лет. Ад шести концлагерей сократил ему жизнь почти вдвое. Считаю своим долгом рассказать об отце – Нёфёдове Николае Емельяновиче. Он прожил достойную жизнь, воспитал нас, детей, честно трудился на родной земле. Таких, как он, прошедших страшные испытания – немало. События и факты истории концлагерей – это лишь фон для понимания того, где, когда и в каких условиях в силу трагических обстоятельств оказались советские люди. Имена многих и судьбы большей части советских людей – неизвестны, никто не знает, что стало с теми, кого считают пропавшими без вес-ти в годы Великой Отечественной войны. Но все они были солдатами и участниками той страшной войны и заслуживают памяти.
Не могу не привести в этой связи слова великого русского гения А.С. Пушкина: «Гордиться славою своих предков не только можно, но и нужно. Не уважать оной – есть постыдное малодушие». Нельзя этому возразить. Любовь к Родине – всегда конкретна. Это любовь к своему дому, родному городу, людям, живущим вокруг нас и посвятившим свою жизнь служению России. Нашему народу чужды захватнические идеи. И сегодня мы должны уметь противостоять идеям фашизма, шовинизма и национализма. К этому нас призывает кровь наших соотечественников, отданная за правое дело, за наше светлое будущее.

Л. ТУПИКОВА, дочь. г. Калининск.

Фото из альбома автора.